Пастухов: Если Кремль задумался о перемирии с Украиной, то Стрелков становится крайне неудобной фигурой
Арест Стрелкова в практическом плане может означать, что политическое руководство России рассматривает, как рабочий план, добиться до президентских выборов временного перемирия с Украиной за счет части оккупированных территорий или хотя бы за счет декларативного отказа от попыток расширить эти территории (например, за счет признания Запорожской, Луганской, Херсонской и Донецкой областей областями в пределах в данный момент контролируемых Россией границ), пишет политолог Владимир Пастухов. Только в этом случае (движения к такого рода компромиссу) Стрелков мог начать представлять некоторую реальную угрозу для Кремля. Это во многом обусловлено структурой так называемого “патриотического” движения России.
У русского “патриотического” движения, почти как у марксизма в ленинской интерпретации, имеется три источника и, соответственно, три составных части: бюрократическая (официозно-декларативная), народная (глубинно-имперская) и “заморская” (патриотизм колоний). Соответственно, в этом движении на поверхности были заметны в последние месяцы три политических лидера (сейчас речь не об идеологах, которых на Руси как собак нерезаных): Рогозин, Пригожин и Стрелков. Стрелков из них — самый любопытный персонаж, но начать надо не с него.Рогозин – это “назначенный патриот”, любитель отечества “по должности”. Это история про самодержавие, православие и народность — выморочную мечту русской бюрократии о философском камне для российской деспотии. Рогозин приблизительно такой же патриот, как Зюганов — коммунист. Таким патриотизмом можно только затыкать дыры в сетке вещания Первого канала. Пригожин — случайный (халиф на час) выразитель стихийного народного имперского инстинкта. Это все те, кому за державу
Читать на udf.by
