Нет отца - нет отчества? Надо ли в Таджикистане разрешать давать детям матчество

Матчество – термин далеко не новый и периодически звучит в русскоязычных СМИ в контексте феминизма. Но недавно об этом все чаще стали заговаривать и в Центральной Азии, ведь в Кыргызстане Конституционный суд разрешил менять отчество на матчество. Означает ли это, что и Таджикистан может стать страной, допускающей такое понятие в обществе?

Во-первых, стоит дать определение термину «матчество», т.к. явление это все же единичное и слышали о нем не все. Матчество, или матроним, дается ребенку вместо отчества и образуется по аналогии от имени матери. Т.е. в обществе, где официально допускается использование матронимов, неудивительным будет встретить Ольгу Натальевну или Азиза Мавзуновича.

Откуда это пошло? В современном мире допустимость использования матчества является определенной формой феминизма, т.е. женщины, выступающие с данной инициативой, считают роль матери недооцененной (или переоцененной роль отца), поскольку в имени ребенка мать никак не упоминается. В реальности к мысли о том, чтобы дать ребенку матчество, чаще всего приходят матери-одиночки, когда отец их ребенка в жизни семьи никак не участвует – т.е. мотивацией к матчеству выступает банальная обида и нежелание, чтобы ребенок имел какую-либо связь со своим отцом, на которого обижена его мать. Но даже если согласиться с тем, что нерадивый отец не достоин быть вписанным в свидетельство о рождении ребенка, то нередко находился другой выход – дать отчество по имени дедушки, брата, дяди, но все же мужское – традиционно.

Ведь по факту получается, что матчество - это не защита прав женщины, а потакание ее капризам и душевным порывам в ущерб традиционным ценностям общества. Да и в таком стремлении отстоять свои права женщина наносит ущерб правам своего ребенка. Как