Некоторые пленные оккупанты просят их не обменивать — The Economist

Некоторые военнопленные российские оккупанты просят не обменивать их, сказано в материале The Economist. Журналисты побывали в лагере для военнопленных во Львовской области.

В соответствии с Женевскими конвенциями, пленных не закрывают в камерах, рядовые солдаты могут работать — так, журналисты увидели, как пленные оккупанты делают сумки для покупок и садовую мебель. Пленных офицеров работать не заставляют, но они здесь «редкие птицы», сказал пресс-секретарь Координационного штаба по обращению с военнопленными Петр Яценко.

Военнопленные оккупанты могут время от времени звонить домой и просить родных прислать деньги, «чтобы они могли купить сладости, кофе и туалетные принадлежности в тюремном магазине».По словам Яценко, после начала полномасштабного вторжения России в лагерь прибывали в основном солдаты с оккупированных украинских территорий в Донецкой и Луганской областях, во «второй волне» было много боевиков так называемой ЧВК Вагнера, а сейчас около трети военнопленных — заключенные, завербованные в так называемые отряды Шторм Z, треть — мобилизованные, а треть — кадровые военные.Петр Яценко также сказал, что многие завербованные боевики были больны и слабы, и «тяжело поверить, что их могли использовать как-то еще, кроме как пушечное мясо».В материале рассказывается о россиянине Андрее, который отбывал срок за убийство в Ивановской области страны-агрессора и был завербован для участия в полномасштабной войне против Украины. Ему пообещали «хорошее жалование» и «отпущение грехов» за шесть месяцев службы.

Спустя две недели на фронте он подорвался на мине, потерял ногу и был спасен Силами обороны Украины. Как пишет The Economist, сейчас россиянин «читает криминальный триллер в лагере для военнопленных, надеясь, что его