На что способна фарминдустрия

В поликлиниках льготники пытаются получить рецепты вперед, особенно на импортные препараты. И это понятно лекарства для многих — предмет первой жизненной необходимости, не менее важный, чем гречка или борщевой набор. Ажиотажный спрос уже несколько истощил запасы на складах, и в аптечных сетях даже ограничивают отпуск лекарств в одни руки.

В Госдуме нас успокаивают мол, все под контролем, а в возникшем дефиците виновата паника. Но мы ведь не знаем, сколько лекарств раскуплено, а сколько придержано в надежде на рост цен. И вообще, проще всего обвинить больных в нехватке нужных таблеток. Обеспечить лекарственную безопасность страны гораздо труднее.

Сегодня половина средств, которые тратит на лекарства государственное здравоохранение, идет на зарубежные закупки. И эта доля наверняка увеличится. Насколько подешевел рубль, настолько возрастет стоимость импортного препарата. Добавьте в его стоимость увеличивающиеся расходы на логистику — из-за санкций дорожает доставка в Россию любого товара. Для кого-то итоговая цена лекарства может стать неподъемной.

Еще чуть-чуть — и мы услышим привычные разъяснения про дешевые аналоги дорогих импортных препаратов. Да, это может стать выходом. Но эффективность и безопасность препарата определяется не только химической формулой, но и технологией производства, и степенью очистки сырья. А серьезных исследований по дженерикам никто не проводит.

Государство уже озаботилось складывающейся ситуацией. Генпрокуратура проверяет обоснованность цен на лекарства (и правильно — как выяснилось, цены на ПЦР-тесты завышались вдвое). Минздрав заверяет, что главные мировые производители инсулина не уйдут из России и все больные будут по-прежнему получать его бесплатно. Вероятно, упростят допуск в Россию новых