Мобилизация под знаком Z

в российские окна вдруг постучали. Во все сразу. Грубо и бесцеремонно.

Не иначе менты. Но оказалось, что они тут не причем. Это мобилизация.

Будто бы даже частичная. Однако на подобную оговорку в судьбоносном указе не купился никто. Всем давно уже было известно, что эти мелкие хитрости значат.Жители городов, больших и малых, а также всех прочих мест дислокации потенциальных призывников разделились на две неравные группы.

Одна подхватила мгновенно креативную идею крымского пляжа времен недавнего обстрела тамошней авиабазы: мамулечка, сваливать надо отсюда! Другая решила все проще – если приказано снова вставать с колен, против власти не попрешь.А труба настойчиво выводила свою нехитрую мелодию. Пыталась пробиться прямо в душу, пробудить давно утраченные чувства. Звала.

Тревожила. Будто возвращала времена войны большой и давно прошедшей. Мистики тут не было никакой.

Просто военком из глубинки проявил служебное рвение и слегка подсуетился. Решил сопроводить отправку мобилизованных живой музыкой. Исключительно в духоподъемных целях.

Но не весь же оркестр собирать по такому случаю, да еще с почетным караулом, как это использовали обычно в ритуальных целях. А потому и направили на это суровое торжество всего одного в спешке найденного музыканта. Вот и пристроился он в сторонке.

И грянул прощальный марш.Только вдохновенная эта затея не сработала почему-то. Эхо сорок первого года не пробудилось. Скорее напоминало все это поздние брежневские времена, отъезд поспешно собранной бригады какого-то скромного предприятия в колхоз на картошку.

Под строгим чьим-то надзором потянулась к автобусу жидкая цепочка злых и унылых людей. Собранные наспех хозяйственные сумки. Общая на всех бумага о призыве.