«Лукашенко опасается, что следующее потрясение после 2020 года он может просто не пережить»

ОДКБ ввела «миротворческие войска» в Казахстан, совершив опасный прецедент. Беларусь приняла непосредственно участие в этой операции, направив военных в горячую зону. О последствиях такого решения спросили политолога Сергеем Марцелевым.– Почему Минск поддержал ввод войск ОДКБ в Казахстан, несмотря на многочисленные риски? Не просто не возражал, но даже являлся самым громким идейным вдохновителем акции. – Существуют две причины, и обе, на мой взгляд, лежат на поверхности. У режима не осталось поля для внешнеполитического маневрирования после событий 2020 года, когда он пошел на значительные уступки России взамен за поддержку Кремля.

Белорусский правитель болен властью. Не в смысле потери рычагов экономического или политического влияния, нет, власть для него – сакральный символ. Когда на саммите ОДКБ в 2011 году он впервые предложил, чтобы ОДКБ стала инструментом защиты персональной власти, не только Ташкент резко возразил, даже Россия в лице Бордюжи встретила это предложение прохладно.

Было однозначно сказано: если протесты возникнут по сценарию 2010 года, никакого вмешательства коллективных войск не будет. Режим в то время находился под колоссальным давлением событий 2010 года: беспрецедентно много людей в тюрьмах, страна оказалась под экономическим и санкционным давлением Запада. То есть еще с 2011 года Минск рассматривал ОДКБ как инструмент вмешательства во внутренние дела стран-членов блока.

Все члены организации, за исключением одной – это потешные войска. Что видно и по казахстанскому кейсу: даже логистическую часть операции Россия взяла на себя и войска доставлялись в Казахстан транспортными самолетами ВКС РФ. Лукашенко опасается, что следующее потрясение после 2020 года он может просто не