Карбалевич: «Так Лукашенко себя вел во времена конца 90-х, когда во главе России стоял Ельцин»

Политолог — о том, будет ли Лукашенко использовать наемников Пригожина в качестве личной охраны, и как через вагнеровскую историю Минск пытается усилить политическое влияние в РФ. — Хоть мятеж ЧВК «Вагнер» сдулся очень быстро, он запустил процессы, масштаб и последствия которых сегодня трудно полностью оценить, — пишет Валерий Карбалевич. — Это касается и белорусско-российских отношений. Во всяком случае Александр Лукашенко почувствовал предполагаемые перемены.

Лукашенко пришел к выводу, что мятеж стал симптомом политической слабости Владимира Путина. Он уверен, что его собственный политический вес в российской политике вырос и надо включиться в игру, ковать железо, пока горячо. Едва успела закончиться эта скандальная история с мятежом, как собрал силовиков и пропагандистов, чтобы рассказать, какой он герой.

Белорусский правитель выступил как триумфатор, победитель, единственный бенефициар мятежа ЧВК «Вагнер». Из его рассказа следовало, что в центре всех этих громких событий был вовсе не Евгений Пригожин, а именно он, Александр Лукашенко. Все должны знать, кто спаситель России от смуты и гражданской войны.

Он фонтанировал собственной значимостью и величием. И их высшим проявлением стала скромность, выраженная словами: «Ни в коем случае не делать из меня героя»; «Мне не надо никаких памятников». Мимоходом он объяснил, почему принял активное участие в российских событиях: «Если рухнет Россия, мы останемся под обломками, все погибнем… Эта смута перекинулась бы сразу на Беларусь».