Фантазии Ли Хуэя. Почему для Украины неприемлема китайская миротворческая суета

Остановить войну, оставив в руках агрессора часть украинских территорий. Такова в целом суть китайского мирного плана, анализируемого политологом Владимиром Фесенко. Две новости, которые в конце недели вызвали определенный информационный ажиотаж: 26 мая издание The Wall Street Journal сообщило, что китайский спецпредставитель по мирным переговорам с Россией и Украиной якобы настаивал на переговорах с европейскими дипломатами, что "во владении России должны остаться те части ее "меньшего соседа", которые она сейчас оккупирует"; 27 мая замглавы МИД РФ Михаил Галузин в интервью ТАСС сформулировал российские условия мира с Украиной, которые выглядят как ультиматум.

Обе новости связывает не только тема мирных переговоров по завершению войны между Россией и Украиной, но и "миротворческое турне" китайского спецпредставителя Ли Хуэя. Как раз 26 мая он побывал в Москве, где провел переговоры с главой МИД РФ С. Лавровым.

С высокой вероятностью заявление М. Галузина является российским ходом сразу после визита в Москву китайского спецпредставителя. Это заявление по сути является скорее пропагандистским, но сделано в контексте переговорного процесса.

С этой точки зрения ее можно воспринимать как почти максимальное повышение Россией своей переговорной планки. Напомню, какие требования (именно требования, а не предложения) выдвинул российский замминистра: "Для достижения всеобъемлющего, справедливого и крепкого мира Украина должна вернуться к нейтральному внеблоковому статусу, зафиксированному в Декларации о ее государственном суверенитете 1990 года, отказаться от вступления в НАТО и ЕС. Должны быть признаны новые территориальные реалии, сложившиеся в результате реализации права народов на самоопределение" (в данном случае явно