«Деньги делаются инструментом, чтобы установить власть над другим человеком»

«Тетя Ира разрешила».«Все так живут и я так живу»«Когда я была в декрете, то приходилось просить у мужа деньги даже на прокладки, — рассказывает Маша Н. — Тогда не воспринимала ситуацию как экономическое насилие. Было так много хлопот с ребенком, что не хватало сил критически оценить эту сторону отношений.

Думала: «Все так живут — и я так живу».«Экономическое насилие — опасная штука, — говорит гендерная исследовательница Виктория Лавринюк. — Хотя кажется, что оно не приносит вреда».«Объюзер может звонить женщине на работу и портить для нее служебную ситуацию. Коллегам непонятно, почему она постоянно отвечает на звонки, которые к делу не относятся, не поднимает трубку, отвлекает внимание и мешает работать другим.

Объюзер может не давать возможности работать любыми способами, вплоть до того, что запирать дверь. А в случае, если женщина работает дома, может выбросить весь ее инструмент. Или запугивать женщину, чтобы она оставила работу».Экономическим насилием может быть и такая ситуация, где женщине приходится одной оплачивать оформленные на ее имя общие кредиты или коммунальные услуги общего жилья.

Также к экономическому насилию относятся ситуации, когда партнер пользуется сбережениями, кредитными картами или собственностью женщины.Кто зарабатывает — тот и решает?Мужчина — добытчик мамонтов, женщина — хранительница очага. Такого рода стереотипы у нас до сих пор выдаются за традиционные ценности, считает Анастасия Базар, гендерная исследовательница и низовая активистка. При этом умалчивается, что в системе товарно-денежных отношений деньги — это власть.