«Dawaj-dawaj!», «кascha», «wodka»: какие русские слова выучили жители Германии после прихода РККА - Русская семерка

16 апреля 1945 года началась Берлинская наступательная операция, а уже в первых числах мая жители немецкой столицы увидели на улицах своего города солдат вражеской армии. Первым советским комендантом павшего Берлина был назначен Герой Советского Союза генерал Николай Эрастович Берзарин.

Под его непосредственным руководством в городе, представлявшем собой в мае 1945 года сплошные руины, начала налаживаться мирная жизнь. Разумеется, новая власть располагала штатом прекрасных переводчиков, все распоряжения публиковались на немецком языке, выходила даже немецкоязычная газета.

Однако, в повседневном быту берлинцам приходилось много и часто общаться с советскими военнослужащими. А значит, и запоминать русскую лексику.Прежде всего, немцы затвердили слова, связанные с ожидаемыми ужасами «нашествия сибирских орд», слова, звучавшие в пропагандистских воззваниях руководства гибнущего рейха.

Это «Sibirien» — «Сибирь» (туда до обморока боялись попасть немецкие бюргеры), «Tundra» — «тундра», «Taiga» — «тайга» (какая ж Сибирь без тайги, да тундры?), «Tscheka» — «Чека» (в Сибирь укатают по приговору ЧК), «KGB» — «КГБ» (из той же серии), «Tatar» — «татарин» (еще одна страшилка из разряда «диких орд»), «Stalinism», «Bolschewik» — «сталинизм», «большевик» (ну, куда ж без этого?). На улицах можно было встретить «Kosak» — «казака», появились вблизи Берлина и батареи орудий «Katjuscha» — «Катюша».Постепенно первый ужас прошел, и на смену страшилкам пришли слова новой, постнацистской реальности: аббревиатура СВАГ – Советская военная администрация Германии, «Aktiv», «Aktivist» — «актив», «активист» (так называли антифашистов, коммунистов из числа немцев, работавших с советской администрацией).