Вместо вилл — вставляем разбитые стекла: как работает стеклянный бизнес во время войны. — Евгений Довгун о кейсе ОКМЕ

Евгений Довгун, соучредитель производства светопрозрачных систем ОКМЕ (Фото:ОКМЕ) Успели поработать полгода и выйти на 30 тыс. у.е. в месяц, как началась войнаСтартовый бюджет составил 150 тыс.

долл, половина из которых ушла на закупку сырья и станков.Команду собрали спустя неделю, за три — арендовали помещение. Первый заказ получили еще до того, как получили станки. Их мы ждали целых три месяца.Наша первая база клиентов состояла из пяти друзей и родственников.

Но для старта этого было достаточно. Когда все друзья у нас были «застекленные», Алексей достал свою старую рабочую записную книжку и обзвонил всех из нее. Появились новые клиенты.

Впоследствии заработал «народный телеграф» — нас находили уже по рекомендациям.Да, за полгода мы вышли на оборот в 30 тыс. долл. в месяц.Война поставила все на паузу и превратила цех в «автопарк ВСУ»Основное направление работы OKME — остекление частных жилых домов разной сложности.

От обычной двери до 6-метрового фасада из сплошных панорамных окон или крыши в форме морской волны с зеркальным стеклом.До войны основной процент заказчиков приходился на пригород Киева.Работа сильно замедлилась еще за месяц до начала вторжения.Даже на фоне разговоров заказчики сворачивали активность, а после 24 февраля количество желающих вкладывать деньги в строительство резко снизилось. Все остановилось.Кроме того, алюминиевый профиль и стекло из Европы, которые мы используем в производстве, вследствие «пробок» на границе можно было ожидать до 12 недель.Стало трудно подсчитать общую смету строительства: цена на топливо, логистика и скачки курса ударяют по конечным цифрам. Даже если сегодня остекление под ключ обойдется в миллион, то завтра это уже совсем другая сумма.5 основных решений во время войныКогда