Вето-переворот

Николая Патрушева Дмитрий. Когда мы рассуждаем о перспективах свержения режима в результате заговора элит, то должны иметь в виду, что последний может быть оформлен не как восстание против Путина, а как попытка переломить тренд, ведущий к окончательному торжеству в России политиков черносотенного толка. Подобная постановка вопроса способна существенно облегчить дело организации заговора. Начать договариваться со слов «надо что-то делать с Патрушевым» гораздо легче, чем заявить при первом же разговоре: «Надо что-то делать с Путиным».

Необходимо понимать, что ни Ковальчуки, ни Собянин, ни Медведев, ни Мишустин, ни Кириенко клану Патрушевых на верность не присягали и никаких обязательств по отношению к нему не имеют. При этом они понимают, что в случае его воцарения для них настанут мрачные времена.

Как когда-то при Сталине чекисты занялись поиском бывших меньшевиков, левых эсеров и прочих примкнувших, так и при Патрушеве-Сечине они начнут ставить к стенке любого, кто в 90-е хоть раз пожал руку западному политику и сказал что-то о пользе демократии. Короче, заговор может быть оформлен не столько как попытка свергнуть уходящего правителя, сколько как желание остановить представляющегося неприемлемым преемника. В конце концов, Путин сам долгое время поощрял ненависть одних представителей истеблишмента к другим.

Прочно связав свою судьбу с одним кланом, он становится петлёй на шее для других. В политологии есть такое понятие как «вето-переворот». От других типов силового посягательства на власть он отличается тем, что предпринимается не столько против правителя, сколько против наметившегося движения в направлении, признанном участниками заговора неприемлемым; не столько ради захвата власти, сколько ради изменения траектории