В Тольятти попавшая в ДТП пенсионерка семь лет пытается добиться медпомощи

МОСКВА, 13 июл — РИА Новости, Мария Семенова. Пенсионерка Тамара Амбаева из Тольятти, после того, как ее сбила машина, с трудом ходит и каждый день чувствует острую боль. Семь лет она пытается получить лечение, однако местные врачи уверены: у нее были переломы, но уже срослись, поэтому в госпитализации пострадавшая не нуждается. Более того, через несколько месяцев после аварии, когда Тамара Михайловна проявила настойчивость, ее, не спрашивая согласия ни у родственников, ни у нее самой, поместили в психоневрологический диспансер.

С 71-летней Тамарой Амбаевой мы познакомились в холле редакции — она приехала в Москву на консультацию к врачу-травматологу, после чего пришла к зданию РИА Новости, чтобы поделиться с кем-то из журналистов своей проблемой. Пенсионерка ходит с трудом, опираясь на ходунки, у нее короткие седые волосы и быстрая речь. Тамара Михайловна без запинки излагает всю историю, помнит даты — чувствуется, что в разных инстанциях она уже описывала это не раз. С собой у нее две сумки — больше всего места в них занимают толстые папки с документами: справки, выписки, результаты КТ и МРТ из десятка разных клиник. За семь лет.

В январе 2012-го Тамара Михайловна переходила дорогу. Разметки не было — она появится здесь только в следующем году, но это была зона перед остановкой, обычно пешеходы пересекали улицу именно здесь. Неподалеку — рынок, возможно, оттуда и выскочила «газель», сбившая пенсионерку. Машина весом в несколько тонн проехала по обеим ее ногам.

Водителя так и не нашли. «Все лечение было за свой счет — взыскать не с кого, виновных нет. А ведь случилось все в месте, где было много людей: только на остановке стояло человек десять, рядом несколько банков, наверняка там были видеокамеры. Сначала «газель», которая меня сбила, остановилась. Видимо, водитель хотел помочь, он вместе со своим спутником направился в мою сторону, но, не дойдя, они остановились, о чем-то поговорили между собой и уехали. Пока машина стояла, кто-то мог заметить номер. Сама я ничего не видела: кричала на два квартала, было очень больно».