В России дали объяснение, почему войну с Украиной запрещено называть войной

Запрет Роскомнадзора называть действия против Украины «войной» («нападением», «вторжением» и пр.), лишь «специальной военной операцией» имеет свою логику. Цель — скрыть любую правдивую информацию, относящуюся к этим событиям. С таким комментарием 27 февраля на сайте «Эха Москвы» выступил юрист, депутат заксобрания Санкт-Петербурга Борис Вишневский.

Автор публикации напоминает, что 28 мая 2015 года президент РФ своим указом за номером № 273 обязал относить к государственной тайне сведения, связанные с проведением специальных операций в мирное время. В том числе сведения о потерях личного состава, техники и пр. При проведении военных действий (войны) таких ограничений нет. Соответственно, государство должно информировать о том, сколько солдат и офицеров погибло, каковы материальные потери и пр.

При этом, как поясняет Борис Вишневский, в российском законе «Об обороне» вообще нет термина «специальная операция». Что, однако, не помешало включить его в президентский указ № 273.

Все это может привести к тому, что родным погибших российских солдат и офицеров запретят даже упоминать о потерях своих близких.

►Ни слова о потерях

С начала «специальной военной операции» на брифингах в минобороне ни разу не упоминались потери российской армии. Сводки генштаба российской армии также включают лишь сведения о потерях противника (украинской армии). Подтверждена гибель только одного российского военнослужащего — офицера Нурмагомеда Гаджимагомедова, о котором написал в соцсетях глава Дагестана.

►Почему все-таки не война?

Прокремлевского агентство URA.ru попросило экспертов объяснить, чем отличается спецоперация от войны. Один из экспертов — полковник запаса Андрей Кошкин, участник войны в Афганистане, заявил, что «военная спецоперация на