«В Канаде было так страшно, что первое время волосы клочьями выпадали»: украинка о жизни за границей и мечте вернуться домой в Украину

Хотя тарологи, знакомые и все вокруг уверяли, что войны не будет, тревожный чемоданчик был у Людмилы наготове.

— Вдруг сестра сообщила, что компания, в которой работает ее старший сын, срочно вывозит всех своих сотрудников в Дубай, — вспоминает Людмила. — Мы, на всякий случай, решили уехать из Ирпеня в Трускавец: моя дочка, которой как раз предложили путевку в санаторий в Трускавце, я, сестра и ее младший сын. Наша мама уезжать не захотела. Сказала: «Никогда дом не оставлю, отец здесь умер, значит я здесь умру».

Я собирала вещи на Трускавец в расчете на три недели. В конце обвела взглядом комнату и вдруг подумала: «Может, я вижу свой дом в последний раз!» И положила в чемодан мамино золото. 19 февраля мы, смеясь и шутя, уселись в поезд «Киев — Трускавец». А 24-го началась война.

Они с сестрой смогли вытащить из оккупированного Ирпеня маму, которая пряталась в погребе вместе с двумя котами мейн-кунами отправились вместе в Польшу. Там знакомая сестры предоставила им свой дачный домик в деревне. Ждали возвращения домой, но война продолжалась.

Людмила буквально тряслась над своей семьей. В 2014 году трагически погибла ее старшая дочь. Тогда она чуть не сошла с ума. До сих пор носит внутри страшную боль. Поэтому, схватив младшую дочь и маму, женщина отчаянно искала для них самое безопасное место на земле. Боялась, что война придет и в Европу. И они отправились в Канаду.

— Мама посмотрела в Польше на нашу суету и, заливаясь слезами, сказала оформлять визу и ей, — вспоминает Людмила. — В Канаду добирались так: самолет «Варшава-Париж», «Париж-Монреаль». Я умудрилась забыть рюкзак и сумку на ленте осмотра, а там деньги, документы, визы, все! Если бы мама не спросила уже возле гейта, где мои вещи, в самолет бы не попали. Еще и при