Teologia Polityczna (Польша): юродивые — это свидетельство культурного своеобразия России

Интервью с Эвой Томпсон (Ewa Thompson) — сотрудницей Университета Райса, автором книги «Понять Россию. Святое безумие в российской культуре»

Teologia Polityczna: Как Вы пришли к изучению святого безумия, почему заинтересовались феноменом, лежащем на стыке религии, культуры, и, как Вы доказываете, российской политики?

Эва Томпсон: Причин было две. Первая состояла в том, что меня интересовала «инаковость» России, ее несоответствие всему, что принято считать европейским, а вторая в том, что у меня не получалось объяснить этого своим студентам. Волна интереса к России в США поднимается и спадает в зависимости от того, что происходит во внешней политике, но в университетах всегда есть группа людей, рассказывающих студентам, что россияне не отличаются от европейцев в области своих привычек, культурных, общественных и политических традиций. Такая идея проникает в образованные круги общества, а в итоге их представители становятся самыми горячими защитниками России в США. Юродивые — это свидетельство культурного своеобразия России, они позволяют показать ту часть российской культуры, которую обычно не замечают даже самые большие эксперты в этой области.

— Как выглядит распространенный на Западе миф или стереотип о юродивых? Почему закрепился именно такой их образ?

— Обычный американец (и наверняка обычный европеец) не имеет понятия о существовании в российском обществе такой группы. Люди, что-то знающие на эту тему, черпают свои знания или из российской литературы, в которой юродивые изображаются как символ милосердия и благочестия Россия (такой образ можно найти в повести «Детство» Толстого), или из панегирических текстов, составленных преимущественно в XIX веке и не подтвержденных документами той эпохи, в которую якобы жил тот или иной юродивый. В российском дискурсе подчеркивается, что святые безумцы грешили для того, чтобы не возгордиться, что они являют собой пример полного посвящения себя богу. Такого рода послание позволяет формировать в узкой, но пользующейся влиянием благодаря своей образованности прослойке американского общества симпатию к России, предстающей в образе страны, которая сохранила христианство в более чистой форме, чем Запад, где образ Христа исказили просвещенческий рационализм и формализм. Этот тезис словно бы взят из «Братьев Карамазовых» Достоевского: он не подразумевает разграничения между рационализмом Просвещения и рационализмом аристоте...