Танец с граблями

«Черные списки» музыкантов в Беларуси — явление старое доброе, как салат оливье на новогоднем столе. Время от времени они возникают, потом исчезают, потом снова появляются в обновленном виде — в общем, это такой многолетний круговорот идеологических фантазий чиновников.Не знаю, существует ли в реальности список, опубликованный Радой культуры, или же это некий вброс.

Но современная белорусская история подтверждает, что он вполне может существовать. Особенно если учесть феноменальный обскурантизм тех, кто занимается идеологией.«Каша, мед, говно и пчелы» — так можно определить наполнение этого списка, если бы для него пришлось изобретать жанр.

Белорусские рокеры, чьи имена кочевали из одного стоп-листа в другой на протяжении десятилетий, — Лявон Вольский, «Ляпис Трубецкой» (у него еще после «Воинов света» шансов остаться неотмеченным было крайне мало), Дмитрий Войтюшкевич, «Нейро Дюбель», «Палац», «Крама». Это ветераны не только белорусского рока, но и всевозможных запретов на выступления.И тут же — эстрадные певцы, которые выступают на правительственных и ведомственных концертах и в ус не дуют, не подозревая, что их фамилии оказались в черном списке.Возможно, те, кто составляет концертные программы для тружеников села или работников среднего машиностроения, и сами не в курсе, что такой список существует.

Если он под грифом «для служебного пользования» или «совершенно секретно», то до мелких клерков, выписывающих «гастрольки», может и не дойти. Хотя после протестов 2020 года у рокеров и без того не бывает концертов в Беларуси.Лявон Вольский на своей странице в Фейсбуке прокомментировал появление столь обширного и разнообразного «документа»:«Когда появился первый черный список в Беларуси (куда я со своими проектами,