Судьба немецкого Стаханова

70 лет назад, 13 октября 1948 года, в Восточной Германии был установлен рекорд выработки угля. Кто был этот немецкий Стаханов и что с ним случилось потом?

Вообще-то забойщик Адольф Хеннеке (Adolf Hennecke) был не слишком подходящей фигурой на роль зачинателя стахановского движения в Восточной Германии, которая тогда еще не была ГДР, но уже изо всех сил строила социализм под советским руководством. Ни возраст (ему было 43 года), ни имя, заставлявшее невольно вспоминать о бесноватом «фюрере», ни внешность рано полысевшего бухгалтера начальству, искавшему кандидата на роль героя-ударника, не нравились.

Но более молодой и обаятельный шахтер Франц Франик (Franz Franik), которого выбрало руководство шахты в саксонском городке Эльсниц, категорически отказался становиться рекордсменом выработки, опасаясь бойкота коллег, которые справедливо ждали от этого повышения норм. Штрейкбрехером ему совсем не хотелось становиться.

И вот тогда выбор пал на Хеннеке. Он, по крайней мере, был безупречен в идеологическом плане: потомственный шахтер, в молодости, еще до прихода Гитлера к власти в Германии, состоял в социалистических профсоюзах, после войны вступил в компартию… И 13 октября 1948 года Адольф Хеннеке установил свой рекорд, за смену выдав угля на-гора почти в четыре раза больше нормы. Так родилось на востоке Германии.

За свой рекорд Хеннеке получил премию: полтора килограмма маргарина, бутылку шнапса, три пачки сигарет, 50 марок и букет цветов от начальства.

В отличие от советского Стаханова, спившегося, в конце концов, до нищеты, немецкий шахтер-рекордсмен прожил вполне благополучную жизнь. Он стал директором шахты, потом занимал руководящую должность в гэдээровском Госплане и был членом ЦК СЕПГ — правившей в ГДР партии. Выступал на съездах, торжественно награждал передовиков производства, призывал к выполнению и перевыполнению планов. Потом стал персональным пенсионером и умер в 1975 году в возрасте 69 лет.

Единственное, что отравляло ему жизнь, — ненависть коллег-шахтеров. До того, как он переехал в Восточный Берлин, став чиновником и партийным деятелем, в его доме несколько раз били окна, позже прокалывали шины служебного автомобиля Хеннеке… Причина была проста: его рекорд, как в свое время ив Советском Союзе, как и рекорды ударников в других областях промышленности, дали повод увеличить производственные нормы и план добычи угля, фактически не повышая зарплату рабочим.

И дело было не только в том, что прочие т...