Стенограмма допроса Якова Джугашвили

 Нелепая случайность, что гитлеровцы и сталинцы оказались по разные стороны в битве против свободного («западного») мира, считает известный историк Марк Солонин..

Текст этот (в отрывках или даже полностью) уже давно циркулирует в Сети.  Мне удалось связаться с одним из публикаторов. Его пояснения (которые меня просили не предавать огласке) показались мне достаточно убедительными. Самое же главное, что побудило меня к размещению сего текста на сайте — это его содержание: сумбурный поток слов, искаженных двукратным переводом с русского на немецкий и с немецкого на русский; так простые сетевые тролли фальшивки не составляют.

Предполагая, что с вероятностью более 90% этот текст является подлинной стенограммой допроса сына Сталина, можно сделать и некоторые выводы более общего свойства. А именно — какой удивительной, нелепой случайностью стало то, что гитлеровцы и сталинцы оказались ПО  РАЗНЫЕ  СТОРОНЫ фронта великой битвы против свободного («западного», «англо-саксонского», «буржуазного») мира!  Насколько естественнее звучала бы эта беседа, если бы в одном блиндаже, за чашкой водки с ганноверскими сосисками сидели братья по оружию…

***********************************************************************************

— Яков.

— Джугашвили.

— Я его старший сын.

— Когда-то я учил немецкий язык, примерно 10 лет тому назад, кое-что помню, встречаются знакомые слова.

— Нет, мне обещали, но ничего не получилось, так вышло, что мне не удалось поехать.

— Я хотел ехать по окончании института.

— Старший лейтенант. Служил в 14 гаубичном полку, приданном 14 танковой дивизии, артиллерийский полк при 14 дивизии.

  — Я, т.е. собственно не я, а остатки этой дивизии, мы были разбиты 7.7, а остатки этой дивизии были окружены в районе Лясново.

— Не добровольно, я был вынужден.

— К сожалению совершенное вами окружение вызвало такую панику, что все разбежались в разные стороны. Видите ли, нас окружили, все разбежались, я находился в это время у командира дивизии.

— Нет, я командир батареи, но в тот момент, когда нам стало ясно, что мы окружены — в это время я находился у командира дивизии, в штабе. Я побежал к своим, но в этот момент меня подозвала группа красноармейцев, которая хотела пробиться. Они попросили меня принять командование и атаковать ваши части. Я это сделал, но красноармейцы, должно быть, испугались, я остался один, я не знал, где находятся мои артиллеристы, ни одного из них я не в...