Сталин, Будённый, Ворошилов: каких советских командующих больше всего ругал Жуков - Русская семерка

Речь пойдёт не о подчинённых Жукова. Они, практически все без исключения, хоть раз  да испытали на себе суровый нрав прославленного военачальника.

А обычным стилем Жукова, как отмечал ещё маршал Еремёнко, всегда была угроза отдать под трибунал, расстрелять и т.д.Но жестокие начальственные разносы были обычным делом в Красной Армии, тем более на Великой Отечественной войне, и они имели цель не столько указать на  допущенные ошибки, сколько стимулировать активность. Жуков тут не составлял  исключения.

Исключением были те, кто этого не практиковал, или прибегал к подобным мерам «морального воздействия» редко, вроде Константина Рокоссовского.Интерес представляет критика Жуковым военачальников примерно одного с ним ранга и уже после войны, на основе анализа событий.Заметим, что установление этой оценки является делом довольно трудным. В официальную редакцию «Воспоминаний и размышлений» маршала не могли быть пропущены нелицеприятные высказывания о тех или иных советских полководцах, также ковавших победу.

Материал такого рода могут дать только записи личных бесед с Жуковым писателя Константина Симонова – известный советский апокрифический источник о Великой Отечественной войне. Хотя и там, надо заметить, маршал не был щедр на личные оценки.Большую долю личной ответственности за неподготовленность советских вооружённых сил к началу Великой Отечественной войны Жуков возлагал на Климента Ворошилова.

В мае 1940 года маршал Ворошилов был снят с поста наркома обороны, но он продолжал возглавлять Комитет Обороны при Совнаркоме и оказывать большое влияние на оборонную политику. Жуков подчёркивал вопиющую некомпетентность Ворошилова и с удовольствием рассказывал случай ещё из времён до 1937 года, когда маршал Тухачевский, заместитель