Солидарность как встроенная утилита

из всех районов Минска горожане повезли канистры и бутылки с водой, чтобы помочь. Все помнят, как частные медцентры бесплатно лечили пострадавших во время протестов, как владельцы кафе впускали спасающихся от ОМОНа и закрывали двери перед силовиками, как автомобилисты-добровольцы дежурили возле Окрестина и жодинского СИЗО, развозя по домам выходящих после административных арестов. Это – первые приходящие в голову примеры из недавнего прошлого.

Но так было всегда.Возможно, солидарность и готовность немедленно прийти на помощь – это некая встроенная в программное обеспечение белорусского мозга утилита. Мы с ней рождаемся и не замечаем, как она работает, пока это не становится видимым всему миру. И только тогда, когда мир начинает громко восхищаться, мы смотрим друг на друга и удивляемся: надо же, а ведь действительно умудряемся делать какие-то очень важные вещи, не замечая этого.

Утилита, знаете ли.Политзаключенные в Беларуси были всегда. Разве что «при Шушкевиче», в те удивительные три года бедности и свободы, трудностей и радостей, отчаяния и надежд, никого не сажали за мысли и слова. А потом пришел Лукашенко, и слово «политзаключенный» вернулось в лексикон тех, кто надеялся его никогда больше не произносить.

Первым политзаключенным нового времени стал поэт Славомир Адамович, которого арестовали за стихотворение «Убей президента». И во время первого «Чарнобыльскага шляха» Алесь Беляцкий собирал деньги в помощь семье Славомира. В 2006 году на Площадь к палаточному лагерю протестующих минчане шли, не сговариваясь, с теплыми вещами, едой и термосами с чаем.

В 2010 – собирали деньги для семей политзаключенных. Потом – на оплату штрафов за «тунеядские» митинги и на помощь семьям арестованных по делу «Белого легиона». И так –