Снова те же грабли. Колонка Карена Срапионова о планах ограничить конвертацию валюты юрлицами

проекта поправок Центрального банка в процедуру валютного контроля.Если в середине сентября ЦБ ввёл схожие ограничения под покровом темноты вечером в пятницу, но уже в субботу утром собрал пресс-конференцию и сообщил, что все всё не так поняли, то теперь подход более основательный — проект документа выставлен на обсуждение заранее. Хорошо, что кто-то из журналистов мониторит сайт, а то бы большинство пропустило бы этот момент.Выходит, теперь Центробанк подготовил изменения в том виде, в котором он хочет, учёл фактор низкой грамотности населения и бизнеса и озаботился тем, чтобы все всё поняли и не возникало недопонимания? Мне кажется, нет.

Если бы ЦБ действительно хотел этого, то мог бы также легко, как 16 сентября, собрать пресс-конференцию, пригласить все заинтересованные стороны, объяснить планируемые изменения, призвать к обсуждению и комментариям. Пока же мы видим, что те же самые идеи, что мы не так поняли в сентябре, представлены другими словами.Отдельно выскажу моё субъективное мнение (полностью поддерживая усилия по переходу документооборота на государственный язык).

Хорошо бы учитывать, что такая тема, как ограничения конвертации и репатриации валюты будет замечена и активно обсуждаться всеми международными финансовыми институтами, инвесторами и кредиторами страны, международными бизнесами с активами в Узбекистане, миноритарными инвесторами на бирже. И дать хотя бы пояснительную записку на английском или русском языке, который намного оперативнее поддаётся по крайней мере машинному переводу.Комментарий этот не праздный — многие местные и иностранные офисы международных фининститутов подписаны на англоязычные рассылки новостей, в которых сегодня самый безобидный заголовок начинался с «Uzbekistan to tighten