«Сижу в пыльном подвале, крысиный яд лежит рядом с нами»

«Медиазоне» о своей жизни под землей, разлуке с мужем и эвакуации в Польшу.«Война началась, Насть»Утром 24-го я спала. До этого я очень много работала, набрала смен — я как знала, что мне нужны будут деньги. У меня был первый выходной, легла спать часа в два ночи.

Была очень уставшая на фоне того, что до этого нормально не спала. А Макс не спал. Наша квартира на первом этаже, и она настолько хрупкой кажется! Там очень много окон, и даже если на улице кто-то разговаривает, все прекрасно слышно.

Меня подрывает Макс с фразой: «Началось!», а я жутко хочу спать и ничего не понимаю. Я вижу, что Макс напуганный, он подскакивает, открывает балкон, а на фоне что-то взрывается — у нас аж окна трясутся. Он на меня смотрит и говорит: «Война началась, Насть».

Мы вышли на улицу, я ему говорю: «Я спать хочу, какая война». Первые минут двадцать я вообще ничего не могла понять, потому что крепко спала, а тут взрывы, они меня пугают.Мы зашли в магазин купить воды. Мне кажется, мы это делали просто потому что не понимали, что делать.

В разговорах ты будто бы к этому готов, вы ведь об этом говорили, что вот, может быть, война начнется. А потом она началась, и ты не понимаешь, что делать. Ты настолько не верил в то, что это может быть реальностью — ну какая война?! А тут мы стоим возле магазина, мечемся, купили воды попить.

Макс, по-моему, снял с карты немного денег. Потом мы пошли домой и пытались поспать, но каждый раз — то взрыв, то сирена.Начали искать бомбоубежище, вышли пораньше, когда начало темнеть, и поняли, что открываешь карту — вот они повсюду, но они закрыты. Пришли — одно закрыто, второе, третье.