Сергей Параджанов и слежка КГБ

Впервые Параджанов привлек внимание чекистов еще в 1950-х годах — то есть на заре режиссерской карьеры, после переезда из Тбилиси в Киев. «С его стороны фиксировались клеветнические суждения о «зажиме свободы созидания», о «партзаказах в искусстве»», — позже писали в КГБ о тех временах.

Вышедший в 1965 году фильм «Тени забытых предков» принес Параджанову признание в СССР и за его пределами. А вместе с ним — и пристальное внимание властей к автору, инаковость которого слишком контрастировала с советской действительностью.

«Тени» и лично Параджанова критиковали не только за отсутствие драматургии, «связи прошлого с настоящим» и «социального момента». Режиссера картины, вышедшей без русскоязычного дубляжа, обвиняли в «чрезмерном этнографизме» и подозревали в симпатиях к украинскому национализму, новая волна борьбы с которым как раз набирала обороты.

На протяжении последующего десятилетия, пока Параджанов жил в Украине, имя режиссера время от времени упоминалось в сообщениях руководства республиканского КГБ, адресованных первому секретарю Компартии Украины, руководителю советской республики (сначала — Петру Шелесту, позже — Владимиру Щербицкому).

Именно после триумфа «Теней», как утверждали чекисты, режиссер «стал вести себя более развязно, неоднократно заявлял, что по-настоящему могут оценить его искусство только на Западе, а не в СССР».

«Я первый поднял меч, чтобы изгнать из кинематографа красных комиссаров, надушенных «Красной Москвой»», «Я первый вырыл могилу соцреализму своими фильмами», — эти слова Параджанова, полные самолюбования и презрения к официальной культурной политике, выходили за круг его общения и приобщались к делу.

Доставалось от успешного режиссера не только «красным комиссарам кинематографа», но и компартии в целом. «Как поживаешь, мальчик? Я тебе подарю саблю, хочешь? Большую такую саблю подарю, будешь убивать ею коммунистов!» — так он обращался к сыну своего знакомого.

Судя по всему, Параджанова не слишком волновало то, что его смелые высказывания передадут «куда следует» — он, напротив, нередко осознанно нарывался. В 1968 году на присланную издательством «Советская энциклопедия» заметку о своем творчестве он ответил письмом, в котором, в частности, требовал: «Сообщите Вашим читателям, что я умер в 1968 году из-за геноцидной политики Советской власти».

В списке грехов режиссера оказались и подписи под коллективными...