С названьем кратким «брысь»

поет на «Евровидении» о «мелком подлом психопате», газета The New York Times пишет о «самом опасном дураке в мире» - и это все о нем. А в Польше декоммунизировали Калининград, вернув ему польское название Крулевец. Связь прямая: Россия утратила авторитет в мире, и ее мнение теперь мало кого волнует.

Ксения Собчак разразилась матерным постом: «Совсем еб…сь и ох…и». Попыталась острить, мол, удивительно, что поляков считают русофобами, да? Никак не могут забыть владычества Российской империи и протектората СССР, ха-ха. Ей смешно.

Ксения Анатольевна почему-то до сих пор не заметила, что Россия не дает об этом забыть, напоминая самым кровавым образом. И что время, когда можно было хихикать свысока, из положения «хозяев дискурса», закончилось. Стоило бы понимать, что если ты приходишь с войной к соседям, стираешь с лица земли Бахмут, превращая его в кровавую кашу, и настойчиво называешь при этом Артемовском, то ты запускаешь бумеранг.

Который с большой долей вероятности к тебе вернется. Иммануил Кант, уроженец Крулевца, учил, что поступать следует так, чтобы твои действия могли быть всеобщим законом.Задолго до того, как российские оккупанты стерли Бахмут с лица земли, любой российский доктор филологических наук с легкостью объяснял, почему во всех отношениях правильно говорить «на Украине», но «в Донбассе» - и никакому Пескову не казалось, что это «граничит с безумием». Хотя это единственный пример употребления пространственного предлога «на» с названием континентальной страны.