Рено Жирар: "Европа сошла с исторической сцены?" (Le Figaro, Франция)

Геополитическое отступление Европы является результатом длинной череды упущенных возможностей.

Никто в мире, от Дакара до Найроби, от Шанхая до Бомбея, от Рио до Торонто, больше не интересуется тем, что могут сказать европейские лидеры. В последний раз выступление европейца привлекло внимание всего мира, когда Доминик де Вильпен произнес речь в феврале 2003 года с трибуны ООН. Убеждая англосаксов отказаться от плана вторжения в Ирак, французский министр продемонстрировал мужество, непредвзятость и дальновидность — три качества, которые стали редкостью на Старом континенте.

Когда 7 февраля 1992 года тринадцать европейских лидеров подписали Маастрихтский договор, они могли ощутить дыхание самой Истории. Новый Союз не только приобретал единую валюту и сотрудничество во внутренних делах, но и приступал к "общей внешней политике и политике безопасности". Именно этим документом создавался Европейский Союз, и подписавшие его люди искренне считали: благодаря своему экономическому развитию, единой валюте, социальной модели и дипломатии это новое образование (ЕС) сможет возобладать над США с точки зрения мирового влияния.

Тридцать лет спустя нет ни одного европейского голоса, который действительно был бы услышан во всем мире. Единственный западный лидер, к которому сегодня внимательно прислушиваются, как в экономическом плане, так и в плане безопасности, — это президент Соединенных Штатов. Что случилось с Европой в течение одного поколения? Как так получилось, что мы утратили свое влияние?

Отступ