Путина убедили, что это необходимо. В чем кроется самая большая опасность вокруг отступления РФ из Херсона

Алексей Мельник Содиректор программ внешней политики и международной безопасности центра Разумкова Путин загнал себя в ситуацию, хуже не придумаешь (Фото:REUTERS) Здесь есть два важных аспекта, на мой взгляд. Первый — военный. Второй — политическийНовость о приказе министра обороны РФ Сергей Шойгу об отступлении из Херсона не стала для меня неожиданностью.

При том что это, с другой стороны, действительно приятная неожиданность. Понятно, что шансы России удержать правобережную часть Украины с каждым днем уменьшались. И это не позиция какого-то ура-патриота или пропагандиста.

Ибо реально удержать такой контингент, по разным оценкам, до 40 тыс. человек со всей техникой и потребностями обеспечения логистики, при том, что два канала связи находились под огневым контролем противника, — задача из сферы невероятных. Поэтому вопрос стоял только «когда», «каким образом произойдет освобождение Херсона»: это будет освобождение Херсона или это будет бегство оккупантов из Херсона.Почему Россия до сих пор тянула с этим решением? Ибо анализ этой неблагоприятной для них ситуации был ясен уже тогда, когда Украина начала наносить удары Хаймарсами по мостам.Здесь есть два важных аспекта, на мой взгляд.Первый — военный.

Второй — политический. Когда Сергей Суровикин, как новый командующий, сделал 18 октября заявление о готовности к «непростым решениям», то он очевидно имел в виду именно это. Но он, как и любой другой российский генерал, понимал, что без отмашки с самого верха ему разрешения на это не будет.

И неважно, какая у него аргументация по этому отступлению. Как всякий российский генерал, он боялся эту правду Путину говорить. Русские пословицы не просто так выдуманы — о том, что бывает с тем, кто приносит плохие новости.