Путин зачем-то наврал, что служил в морской пехоте. Он совсем уже не может с собой справится. Вроде и знает, что не надо, но взял – и наврал. А вы говорите – переговоры...

И это не 20 тысяч, как в случае с открытыми протестами против войны. Это миллионы молодых мужчин. Которые хотят хорошей зарплаты и большой пенсии в сорок пять лет.

И за это они готовы сгноить в тюрьме тысячу своих братьев. Они готовы расстрелять "их народ". За, в сущности, мелкий прайс.Или "их народ", это не "твой народ"? А с кем ты тогда сидишь в тюрьме? Кого они возят в столыпине по городам и весям? Кого они запугали до такой степени, что кроме кукиша в кармане у него уже ни на что не осталось мужества?Тебе не кажется, что проблема несколько глубже, чем просто "плохой" Путин? Ведь кто-то же за него голосует на выборах.

Мы не знаем сколько, ведь выборы фальсифицированы. Но ты же не споришь с тем, что их много, верно? Глупо это отрицать.И их больше, и чем нас. Последние упражнения Навального с "умным голосованием" были, мягко говоря, спорны.

Но они продемонстрировали, на мой взгляд, важный результат: Навальный может двигать электорат в пределах 10% от генеральной совокупности. Десять процентов, Илья. Лишь десять процентов… А остальных? А остальных – не может… У них другие приоритеты и ценности.

Не наши.Я не знаю, могу ли я, вслед за Ильей, назвать россиян – "мой народ". Родился я в Казахстане. По крови я лишь наполовину русский.

К тому же, я 10 лет живу в Германии и являюсь ее гражданином. Но русский язык – мой родной. Но больше сорока лет я прожил в России.

Но моя мать и жена – русские на 200%... И в той мере, в какой все это сидит во мне, я тоже хочу сказать про россиян – "мой народ".И что я хочу сказать, Илья в связи с этим. Мой народ глубоко болен.