«Они подошли к краю пропасти, прыгнуть в которую кажется лучше, чем вернуться назад»: военный медик о потерях ВСУ на передовой

«Утром не стало Бена. Нашли через сутки, на рассвете. Он попал в засаду, когда пробирался на дальнюю позицию. Пуля попала ему в сторону, открыв внутреннее кровотечение. Бен был волчком подразделения, не мог усидеть и минуты на месте, постоянно со всеми Спорил и не с кем близко не дружил. Всегда был уединенным, как и каждый в этом подразделении» , — написал Глеб Битюков в .

«Это так, будто разные по размеру и форме огурцы, картофель, кабачки и помидоры законсервировали в одной банке. Каждому из них здесь не место. Каждый из них не мог прижиться с другими. Каждый должен быть кем-то в своей отдельной жизни.

У Психа был ВИЧ. Он скрыл это, когда шел в армию. Несколько раз в год срывался, не принимал терапию и уровень антител вырос. Как он сам сказал «я стерся за этот год». Псих ушел в посадку, которой уже тогда не было. Лишь стволы деревьев торчали сваями, словно воинственно угрожая небу.

Психа не стало через сутки. Третий выстрел танка, объехавшего минущее поле, оказался в тылу наших позиций, стал для него последним. Не знаю, почему он был здесь. Возможно, потому, что в этом, своем последнем пути, он видел смысл жизни. Видел, что можно успеть, пусть даже напоследок, сделать все, что не успел сделать раньше. Или потому, что не находил себе места в обычной жизни. Хотя, пожалуй, это можно сказать о многих здесь. Они подошли к краю пропасти, прыгнуть в которую кажется лучше, чем вернуться назад.

Но есть и другие. Скорпиона также здесь не должно быть. У него отпуск должен был закончиться в тот день, когда он получил ранение. У него трое детей, успешный бизнес в прошлом и история победы над онкологией. Он успел дистанционно взорвать МОНку, когда противник врывался в их окоп.

И Роха и Бони не должно быть. Но все они были.

Запах