«Она утонула». Дело «Курска»: обвиняет адвокат

«… Дело полностью рассекречено, читать можно даже те тома, на которых раньше стоял гриф „секретно“. Впрочем, какие там тайны? Самой большой из них, наверное, является то, что ситуация на флоте напоминает пожар в публичном доме во время наводнения.»

Известный российский защитник Борис Кузнецов дополнил свою книгу о гибели подлодки «Курск» новыми фактами и документами.

Газета «Совершенно секретно» благодарит автора за предоставленные для публикации новые фрагменты книги «Она утонула» — ее вторая редакция до сих пор на русском языке не вышла.

… Политэмигрантом я стал шесть лет назад. Дело «Курска» является едва ли не самой главной причиной того, что я оказался в эмиграции не по собственной воле.

… Летом 2009 года на дачном участке под Санкт-Петербургом сгорела баня, и осматривавшие место происшествия сотрудники пожарной инспекции нашли признаки поджога. Ни до ни после этого происшествия таких случаев в дачном кооперативе не было. Баня находилась на территории дачного участка, где жили моя дочь и ее семья, и за неделю до пожара баня была заполнена 3000 томов моего архива, который я собирал с 1962 года.

В возбуждении уголовного дела было отказано, виновные в поджоге лица установлены не были. В пожаре сгорели 15 томов материалов по делу подводной лодки «Курск»...

Из адвоката, занимающегося профессиональной защитой, путинский режим превратил меня в политика с радикальными взглядами.

Один из моих приятелей — известный доктор, которого уважают и к чьему мнению прислушиваются в Кремле, изо всех сил старался помочь мне вернуться в Россию и по поручению одного из стоящих у кормила власти и хорошо понимавшего глупость и бесперспективность обвинения спросил у меня:

— На каких условиях ты можешь вернуться в Россию? Откажешься ли ты от политического убежища?

Я ответил:

— Это возможно в том случае, если будет пересмотрен ряд дел и отменены судебные и процессуальные решения по ним. — И перечислил эти дела. — Я вернусь тогда, когда власти в России будут соблюдать законы, а суды будут свободны от давления власти и спецслужб.

И первым я назвал дело о гибели АПРК (атомный подводный ракетный крейсер. — Ред.) «Курск».

Сразу должен оговориться: я не хочу видеть ни бывшего командующего флотом, ни других высокопоставленных и ответственных начальников и командиров ни в лагере, ни даже на скамье подсудимых. Просто мне и тем семьям членов погибшего экипажа, которые поверили в мен...