Олег Кузьминых: «В плену себя не потерял»

Освобожденный из плена подполковник: «Доучивались на ходу, в боях»

После освобождения из плена подполковник Олег Кузьминых отказывался от любого общения с журналистами. Для «Народной армии» делает исключение: «Только никакого пиара. Не нужно ...»

Житомир,199-й учебный центр ВДВ. Жду Олега на пропускном пункте. Он подходит молча. По сравнению с фотографиями полугодовой давности похудел вдвое.

— Пятнадцать, — улыбается.

Предлагает выпить кофе. Заходим в кафе неподалеку. Только садимся, к Олегу подходит посетитель:

— Простите. Можно Вам пожать руку? — дает бумажку. — Вот номер моей дисконтной карты в кафе. Скидка 13 процентов на все. Я буду благодарен, просто называете номер карточки ...

Олег заметно смущается. Прячет от меня глаза, предлагает пересесть за другой столик.

Сейчас Олег служит в должности заместителя по вооружению начальника учебного центра ВДВ.

— Это не вопрос доверия. На момент моего назначения командиром батальона подразделения как боевой единицы просто не существовало. На все 100 процентов батальон составляли мобилизованные, качественно сбить их в единый кулак просто не хватало времени. Но мне повезло.

Вокруг меня и моего заместителя быстро сформировалось крепкое ядро сознательных патриотов, потому что большинство личного состава — добровольцы. Нехватка профессиональной подготовки компенсировалась решительностью. А в условиях, когда многие из офицеров имели довольно приблизительное представление о боевом уставе, не знали толком технику и вооружение, это было важно. Доучивались на ходу, в боях.

Между двух елок, где мы сидим, протискивается невысокий мужчина: «Олег, Вы простите. Я за Вас рассчитался. Очень прошу, не обижайтесь, я от сердца ...» Олег снова смотрит в сторону: «Неудобно как-то ...»

— Нет, это было бы непрофессионально. Я — как пущенная стрела, которую может остановить только определенная цель. Да, побывал в плену, на войне такое случается. Прихожу в себя, и снова погружаюсь в службу. Кстати, из-за моей твердой позиции с заметным уважением ко мне относился следователь госбезопасности так называемой «ДНР» по кличке «Монгол».

Сначала он предлагал мне должность комбата в российской армии, квартиру в Донецке, звание российского полковника с вдвое большей зарплатой. Потом — что-то такое же в «ДНР». Но я ему сказал: я профессиональный военный и присягу давал Украине, для меня этот вопрос чести. После больше о «сладких» предложениях не говорили.

— Первые т...