«Мы все знаем, как жить. А со страной не получается ... Значит, что-то не так ...», - Иосиф Зисельс

«Мы мечтали о тех временах, когда Украина будет независимой и некоммунистической. Они пришли. Но оказалось, что этого недостаточно. Надо работать, чтобы сделать человеческую жизнь достойной. И для этого нужно много работать. Ибо те, кто надеялся, что получение независимости даст Украине сразу и все, — ошибались.»

С этим известным человеком мы разговариваем в его втором черновицком доме — музее истории и культуры евреев Буковины, соучредителем которого он является. Наш разговор состоялся еще до того, как он попал в  среди украинцев, составленного буквально на днях одним из украинских изданий. К слову, наше интервью с Иосифом Самуиловичем Зисельсом как раз и завершилось его размышлениями о том, что моральные авторитеты в обществе всегда есть, но разве к ним прислушиваются ...

У Иосифа Зисельса много должностей и наград, среди которых — председатель Ассоциации еврейских общественных организаций и общин Украины, исполнительный вице-президент Конгресса национальных общин Украины. А в двух словах: украинский диссидент еврейского происхождения, дважды осужденный за антисоветскую деятельность.

Сам он никогда не работал в государственных органах, говорит, что комфортнее себя чувствует, когда занимается общественными делами.

Как и во времена Союза, так и сейчас, он имеет свое непоколебимое мнение6, на каких принципах должна строиться истинная нация и сильная страна. А еще убежден: свободный человек — это ответственный человек.

Зисельс уже давно живет в Киеве. Но здесь, в самом центре Черновцов, остается частичка его сердца, потому что именно здесь, на улице Шиллера, он жил когда-то с родителями.

— Господин Иосиф, когда Вы решили основать музей истории и культуры евреев Буковины, это было чувство долга перед теми евреями, которых когда-то так много проживало в Черновцах?

— Мои родители — не местные евреи, а бессарабские. Они приехали в Черновцы после Второй мировой войны. В Черновцах я, к сожалению, не родился. Но я здесь жил и общался с людьми, которые остались с довоенных времен. А это были евреи немецкоязычные, их было уже не много тогда, в 50-60-х годах — две-три сотни может осталось, из той огромной общины, которая до войны составляла почти 80 000 человек.

В городе на 120 000 населения, две трети это было еврейское население. И я был поражен историей этой общины, расцвет которой приходится на конец XVIII века, когда австрийская власть п...