Мои герои задаются вопросами, на которые разум не в состоянии ответить

– Вы возвратились в Россию в момент грандиозного социокультурного слома. Споры о будущем страны не могут, разумеется, не затрагивать и сферу ее духовного развития. Например, в СМИ усиленно проводится мысль о том, что русская культурная традиция лежит в основе нашего нестроения, нищеты, неумения обустроить жизнь экономически. Идет полемика о роли литературы, что она такое – высшая реальность, поиски утраченного смысла или игра творческого воображения, эстетический произвол забавляющегося «складыванием» слов индивидуума? Какую позицию вы бы заняли в этом споре?

– Особая роль русской литературы, ее духовность и философичность – это наша отечественная традиция. Полагать, что литература в чем-то виновата, а тем более виновата в каких-то социальных или даже экономических неурядицах, – абсурд, причем абсурд явно тенденциозный. К тому же не стоит упрощать соотношение духовного и социального. Их связи несомненны, но не столь прямолинейны, как иногда представляют. Если литература оказывает влияние на общество, это не только огромный плюс литературе, но и свидетельство высокой духовной отзывчивости данного общества. Здесь следует отметить один очень важный момент. Общественное значение русской классики было извращено теоретиками социалистического реализма, их усилиями литература стала орудием социального изменения людей, то есть творчество ставилось на службу политическим целям. В нормальных же условиях воздействие литературы гораздо более тонкое и вместе с тем более широкое. Наш XIX век в культуре отмечен совершенно необычайным духовным взлетом. В какой-то мере русская классическая литература стала и нашей философией. По-моему, эта ее роль должна продолжаться, уберегая от соблазна пути, которым двинулись многие на Западе. И