Люстрация и институты национальной памяти: опыт посткоммунистической Европы

Для одних эти институты превратились в своеобразную «историческую полицию» и инструмент «охоты на ведьм», для других — в попытку возмездия «по заслугам» и жертвам, и сотрудникам коммунистических режимов.

 Основна часть этого текста была написана в 2011 году, когда разговоры о люстрации в Украине выглядели гораздо менее актуальными, чем сейчас. Перепечатывая с определенными изменениями эссе, вошедшее в моей «Історії для домашнього вжитку», я не претендую ни на исчерпывающее освещение темы, ни на рекомендации по люстрации и национальной памяти в современной Украине. Надеюсь, что эти заметки будут побуждать к размышлениям и глубокому изучения опыта других посткоммунистических стран, прежде всего, соседней Польши.

Под одинаковыми названиями нередко скрываются кардинально разные вещи. Об этом часто забывают, говоря об Институтах национальной памяти в разных странах Центральной и Восточной Европы. Посткоммунистическая трансформация многих стран этого региона состоялась как компромисс между частью коммунистических и частью оппозиционных элит.

Во многих вновь возникших государствах возникли институты национальной памяти, для которых главным предметом изучения стал коммунистический опыт и оппозиционные к нему движения. Для одних эти институты превратились в своеобразную «историческую полицию» и инструмент «охоты на ведьм», для других — в попытку возмездия «по заслугам» и жертвам, и сотрудникам коммунистических режимов.

Впервые в Центральной Европе открыли архивы (одновременно отказавшись от люстрации как юридического процесса) в Восточной Германии (бывшей ГДР), где архив секретной полиции — Штази — сначала захватили демонстранты, а затем передали вместе со зданием новом органу, которому поручили управление и рассекречивание 1. Принципиально важной особенностью немецкой модели было то, что бывшая ГДР стала частью Федеративной Республики Германия, и там посткоммунистические элиты (не только в политике, но и, например, в университетах) в большинстве своем были заняты немцами с Запада, не имевшими опыта жизни при коммунистическом строе.

Первой страной региона, принявшей закон о люстрации, стала Чехословакия (октябрь 1991 года). В других странах хронологический разрыв между крахом коммунистических режимов и принятием законов о люстрации измерялся десятилетиями (в Венгрии это произошло в 1994 году, в Литве — в 2000-м, в Грузии — в 2011 году). Приняв первой соответствующий закон, Чехия первой же убедилась, насколько проблематично привле...