Крепость на прочность

Российская военная операция на Украине подводит черту под целой эпохой. Она началась с распада советского блока и краха СССР, когда на смену довольно стабильному двухполюсному мировому устройству пришло то, что через некоторое время назвали либеральным мировым порядком. Его сутью было доминирование в международной политике Соединенных Штатов и их союзников на основании универсалистской идеологии.

Кризис проявился давно. И дело даже не в том, что возникло сопротивление со стороны крупных игроков, которых не устраивало их положение. На протяжении довольно долгого времени (не менее полутора десятилетий) особенного противодействия как раз не было. Незападные страны, включая КНР и Россию, прилагали усилия, чтобы встроиться в иерархию. Китай, в принципе, сумел не просто это сделать, но еще и максимально воспользоваться ситуацией для собственного укрепления. У России получилось намного хуже, но и она ревизии мироустройства стала добиваться далеко не сразу. Долгое время задача заключалась в том, чтобы найти для себя достойное место внутри этого миропорядка.

Однако система оказалась негибкой. Она концептуально исключала баланс сил, что само по себе делало ее шаткой. Но еще важнее, что она не допускала достаточной степени культурно-политического многообразия, которое необходимо для устойчивого функционирования мира. А он неоднороден по определению. Однородность пытались навязать разными средствами, вплоть до военных, в итоге круг замкнулся.

Российская операция – зеркальное отражение того, что не раз за последние десятилетия делали США и их союзники в разных частях мира. По легенде, Петр Первый после Полтавской битвы поднял тост за своих «учителей-шведов». Сейчас российское руководство тоже может отрапортовать, что многому