Херсонец Клочко о жизни в оккупации: Наши врачи говорили, рецепты и выписки писали только по-украински. Как русские ни пытались с ними подружиться, им не удалось

Херсон был русскоязычным. Люди были отравлены совком, и эти метастазы никуда не делись. Но оказалось, что в большинстве своем горожане настроены проукраински.

Никто с цветами русских не встречал. Многие сразу же, как началась оккупация, перешли на украинский язык принципиально, назло нашим "освободителям". Украинский был для нас и как способ понять, кто свой, а кто – нет, и защиты – русские не понимали, о чем мы говорили", – отметил Клочко.По его словам, украинские врачи говорили и писали исключительно на украинском языке и не контактировали с приехавшими из России медиками. "Много врачей уехало.

Осталось на всю областную больницу всего восемь анестезиологов из 40, из них четверо – интерны. И все врачи между собой и с нами говорили только по-украински, рецепты, выписки все писали по-украински. Раненых было много, а персонала не хватало, привезли каких-то врачей из Питера.

Эти русские все пытались с нашими установить отношения, но оказались в полном вакууме. Только они заходили в кабинет, как наши врачи умолкали или продолжали вести между собой разговор на украинском. И как те ни пытались подружиться, "влиться" в коллектив, им не удалось", – подчеркнул Клочко.Украинская речь в оккупированном Херсоне во время российской оккупации звучала и на рынках, куда переместилась социальная жизнь, рассказал собеседник."Идешь по рынку, а к тебе какая-то девушка обращается на украинском и ты с ней беседуешь – и все вокруг говорят и улыбаются друг другу. И еще такой маленький момент.

На рынке был парень один, играл на гитаре, пока его не скрутили. И вот он начинает играть гимн Украины или "Ой, у лузi червона калина", люди шли и бросали ему деньги. Это позиция.