Диссиденты всех стран объединяются

«Новой газеты» белорусская журналистка Ирина Халип.Как участник могу сказать: такое количество диссидентов со всего мира я видела впервые. Страны, граждане которых участвовали в конгрессе, на карте Freedom House наверняка были бы обозначены красным. Иран, Венесуэла, Ирак, Боливия, Бурунди, Камерун, Мьянма, Никарагуа и еще десятки диктаторских режимов.

Разумеется, самое большое представительство — африканское. Из Европы — лишь Беларусь и Россия. Впрочем, и этих двух режимов хватает для того, чтобы весь регион не чувствовал себя в безопасности, особенно после 24 февраля.Почти все участники конгресса сидели в тюрьмах.

Большая часть сейчас в изгнании. Многим трудно пересекать границу, потому что их государства включили их в интерполовский розыск. В списке делегатов под многими фамилиями ремарка: exiled.Список, впрочем, закрыт, и доступ к нему можно получить только с помощью специального QR-кода: тем, кто остается в своих странах, может грозить не только тюремное заключение, но и смертная казнь.Их имена не могут находиться в свободном доступе.Впрочем, некоторых фамилий участников в списке нет вообще по их собственной просьбе.

Я не сразу об этом узнала и сначала удивлялась: как это, я же вчера общалась с тремя камбоджийцами, а их вообще нет среди делегатов. Потом мне объяснили организаторы: здесь присутствует Му Сочуа, и за контакты с ней, если это станет известно камбоджийским властям, по возвращении им грозит 10 лет тюрьмы. Му Сочуа — дважды изгнанница.

Когда к власти в Камбодже пришли красные кхмеры, она училась в США. Родители пропали без вести, и девушка не могла вернуться. Она провела в Америке 18 лет, в 1989 году вернулась и стала первой женщиной-депутатом в Камбодже, потом — министром по делам женщин.