Цифровые арт-сущности хотят «приземлить» в России

Крупнейшие NFT-маркетплейсы могут попасть под закон «о приземлении», но, чтобы это произошло, нужно сначала ввести в законодательство понятие невзаимозаменяемого токена. «Парламентская газета» с помощью экспертов разбиралась, как работают технологии, позволяющие творческим людям продавать цифровые права на свои произведения.

NFT, или невзаимозаменяемый токен, — это сертификат уникальности цифрового объекта, который подтверждает право на владение цифровым активом. В NFT можно обратить практически любой виртуальный объект, но чаще всего это происходит с произведениями искусства — картинами, музыкой, 3D-моделями. Причем эти произведения могут существовать и в реальном мире, но их цифровая копия зачастую ценится не меньше, поскольку, как и оригинал, является уникальной.

Мир охватила NFT-лихорадка, констатировал на днях в своем Telegram-канале зампред Комитета Госдумы по информационной политике, информтехнологиям и связи Антон Горелкин. Он напомнил, что в прошлом месяце объем торгов невзаимозаменяемыми токенами достиг рекордных 6,86 миллиарда долларов. На этом фоне все чаще звучат вопросы о правовом статусе NFT в России — тем более, что цифровые копии картин продают не только знаменитые иностранцы, но и российский Эрмитаж.

На сегодня у понятия NFT нет определения в российском законодательстве, напомнил Горелкин. Термин «токен» фигурирует в законе о цифровых финансовых активах, но его описание даже формально не соответствует тем NFT, которыми сейчас торгуют в маркетплейсах. «В то же время, по мнению многих юристов, ни ценными бумагами, ни цифровой валютой невзаимозаменяемые токены тоже назвать нельзя, — рассудил депутат. — Очевидно, что наше законодательство в этой части