Я Путина любил. Монологи тех, кто до последнего верил своему Президенту

«… С такой политикой Путин вполне может вытравить коренное население наркотиками и алкоголем и территорию России заселить гражданами из бывших азиатских союзных республик — это будут такие же потребители и налогоплательщики. Ему какая разница — он здесь временно.»

Данные социологических служб показывают, что все индексы и рейтинги, отражающие отношение населения к Владимиру Путину, уже несколько месяцев устойчиво снижаются. Так, индекс одобрения деятельности Путина (Индекс вычисляется как разность между положительными и отрицательными оценками.), по версии «Левада-Центра», составил в феврале 31 пункт, тогда как в мае 2012 года он равнялся 40, а в предкризисном сентябре 2008-го — 78 пунктам.

Электоральный рейтинг (процент респондентов, готовых проголосовать за Путина на президентских выборах, если бы они прошли в ближайшее воскресенье.), по данным ФОМ, упал в начале марта до 43% (55% в мае 2012-го и 62% в декабре 2007-го). В то же время число недовольных работой нынешнего президента заметно возросло: в феврале, по данным «Левада-Центра», их было уже 34% — по сравнению с 30% в прошлом мае и 10% в сентябре 2008-го. Почему Путин сейчас теряет избирателей? 

Путин, еще будучи на должности премьер-министра, в одном из выступлений, анализируя начало первой чеченской войны, высказал мысль, которая меня очень подкупила: «Не все мирные средства для предотвращения трагедии в тот момент были исчерпаны». Я полностью с этим согласен и считаю, что развязать войну было одной из самых страшных ельцинских ошибок, когда элементарная замена паспортов могла стабилизировать ситуацию.

Более того, я не избежал иллюзии, которую на тот момент разделяли многие: я считал, что как выходец из  Путин — человек очень осведомленный, потому что к нему поступает много закрытой информации. Я считал, что такая осведомленность поможет президенту в успешном управлении страной.

Теперь мы видим, что работа в , несмотря на знания, которые эта структура дает, скорее заслоняет реальность, чем помогает ее понять, и формирует жизнь в каком-то иллюзорном мире, причем эта мифология очень агрессивна и этим опасна.

Тем не менее я весьма долгое время оставался сторонником Путина: я считал, что хотя и к нему, и к власти есть много претензий, но какой-то иной команды, которая была бы лучше, у нас просто нет. Уверенность в том, что нужно поддерживать Путина и голосовать за власть, у меня пошатнулась в сентябре...