Вгляд психолога. Как изменился за год президент Зеленский

В отличии от Владимира Путина, Владимир Зеленский постоянно экспериментирует с форматами телевизионных коммуникаций. И продолжает делать это даже во время войны. Традиционная пресс-конференция для нетрадиционного политика – тоже новаторство. После пресс-марафонов, "тридцатки избранных", встречи в ангаре, ночных обращений, ежедневных видео-отчетов, онлайн-встреч, интервью с передовой или с платформы в киевском метро – у нас наконец-то что-то обычное и привычное. И это необычно и непривычно именно для Владимира Зеленского.

Как же ведет себя Владимир Зеленский и чем он подкупает?

Зеленский активно делится своим эмоциональным опытом. И делает это как всегда мастерски и вдохновенно. Тем более, что опыт этот не искусственный, а натуральный, личный, прочувствованный. Владимир Зеленский часто обращаясь к иностранным журналистам апеллирует к своему персональному опыту использует противопоставления личных переживаний. Типа "если ты не воюешь и никого не терял, ты не можешь понять, что происходит и какая это боль" говорит он, обращаясь к мексиканскому журналисту. То есть иностранный журналист не может этого знать, так как сам этого не прочувствовал. И поэтому должен поверить тому, кто это знает, то есть Владимиру Зеленскому. И для иностранной публики Зеленский действительно является эмоциональным проводником в мир трагических чувств, персональных потерь и личного жгучего опыта войны. Такой себе эмоциональный хаб для подключения к источнику переживаний. Словно он и есть тот самый солдат, который защищает страну (и попробуйте только возразить, что это не так!). По уровню чувств, сопереживаний и ощущений это именно так и есть.

Зеленский много говорит о боли и это его персональная боль (наверное). Во всяком случае, невербальное