В подвале страшнее, чем в окопе. Интервью с капелланом Легенчук — о поездках на «ноль» и даже «минус» и о том, почему все военные — набожные

Елена Легенчук (Фото:Елены Легенчук / Facebook) После 24 февраля жизнь Елены Легенчук радикально изменилась. Она проживала за границей, а после полномасштабного российского вторжения не просто вернулась в Украину, а стала капелланом, которая ездит к военным на передовую.Как общается с военными на «нуле» и почему все там верят в Бога, Легенчук рассказала в интервью Радио НВ.— Хочу вас сначала расспросить о работе или, скорее, надо, наверное, говорить о призвании — военного капеллана. Как это работает? Как выглядит ваш обычный день?— Работа капеллана весьма многогранна.

Капелланы есть разных типов: есть госпитальные, служащие для наших ребят в госпиталях; есть капелланы, которые ездят на передовую; есть те, кто обеспечивают тыл. Мне удалось побывать во всех ролях — работать и там, и там, и там. Вас интересует передовая?— Да, начнем с этого.— Во-первых, на передовую мы ездим, а не постоянно находимся, потому что мы добровольцы и у нас нет никакой приписки к какому-то батальону, воинской части.

Мы в этом плане очень свободны. И это нам развязывает руки, потому что у нас есть доступ к огромному количеству военных.Второе: мы планируем наши поездки в передовую раз, дважды в неделю. Мы же едем не с пустыми руками, а набиваем бус чем только можем: от техники — дроны, тепловизоры, которые нам передают волонтеры туда, куда невозможно доставить; до обычных вещей — какие-то генераторы, еда, все что угодно.

Мы всегда уезжаем и везем с собой две-три тонны. И вообще планируем, куда мы поедем, и часто Бог меняет наши планы. Наши поездки — это «ноль», иногда даже «минус».— Наверняка это очень непростая работа.