Страна двух П — Путина и Пригожина. Питер Померанцев в беседе с NV пытается осмыслить военные преступления россиян и породившее их общество

Питер Померанцев долгие годы занимается исследованием феномена пропаганды в мире, российскую он выделает в особый тип (Фото:Олександр Медведєв) Почему россияне, по мнению британского публициста и исследователя пропаганды Питера Померанцева, не мыслят себя без Путина, но быстро переметнулись к Пригожину, и в чем проблема «русской культуры» Солженицына и Достоевского. С Питером Померанцевым, публицистом, журналистом, писателем, членом Королевского литературного общества Великобритании, исследователем роли пропаганды в современном мире NV встретился в Киеве.Поводов бывать здесь у Померанцева теперь больше: с началом большой войны он стал одним из сооснователей проекта The Reckoning project (Свідчить Україна), в котором украинские и зарубежные журналисты совместно с юристами фиксируют российские военные преступления в Украине и собирают доказательства для представления дел против РФ в украинских и международных судах.

Организация занималась всеми тяжкими и резонансными преступлениями оккупантов, включая совершенные в Киевской области, а также в Краматорске, в городах деоккупированной Харьковщины и в Херсоне.Как исследователь пропаганды и механизмов построения авторитарных обществ, Померанцев несколько лет своей молодости, в начале 2000-х, провел в России, наблюдая глобальную пропагандистскую машину Кремля изнутри. Этот свой опыт он описал в книге «Ничего правдивого и все возможно.

Вступление в современную Россию».В интервью NV Померанцев рассуждает о том, откуда берется бессмысленная жестокость российских преступлений, что сделало РФ такой, как она есть, и почему ее граждане так боятся краха Владимира Путина.  — Больше года вы фиксируете преступления России в Украине, учите украинских журналистов юридически правильно делать