Шендерович: Поймите наконец, что отдать команду о ядерном ударе в таком раскладе - это совсем не страшно

А теперь прикиньте, каково ему. Заглядывать в глаза всякому, кто ставит на стол тарелку с супом. Гадать, не смазал ли кто-нибудь ложку или бельишко бесцветной дрянью, ранее предназначавшейся Навальному, пишет российский публицист и писатель Виктор Шендерович. Думать, не заступил ли в ночную охрану человек по фамилии, допустим, Зубов.

В каждом приближающемся военном видеть полковника Штауффенберга... Знать, что весь список «Форбс» хочет твоей смерти, причем русский «Форбс» — за многолетние унижения — смерти по возможности мучительной. Знать, что твоей смерти (по возможности скорейшей) хочет и весь мир.

Догадываться, что твое существование — большой геморрой даже для твоих собственных детей. Что быть твоим близким унизительно, да уже и опасно. Понимать, что тебе теперь не будет на Земле места роднее, чем бункер в Алтае.

Что ты уже под землей, в сущности. Что давно опостылевший Шойгу тоже может сдать однажды, когда припечет по-настоящему. Что тобой мечтает расплатиться с миром весь этот покорный Совет Безопасности.

Что крысы побегут с корабля вот-вот… уже побежали, постукивая хвостиками твоих банковских реквизитов. Что впереди у тебя — клетка или (см.выше). И нет за душой ничего, что окупало бы страдания: ни идей, ни принципов, ничего.

Что ты просто хотел сладко жить — и сам не понял, как это все случилось. Когда ты зашел в дьявольскую ловушку власти, из которой нет выхода… И хочется проснуться в Дрездене — молодым и с пивком в руках, а просыпаешься с оборвавшимся стариковским сердцем все там же, в бункере. Прикиньте все это — и пожалейте его по-человечески.