Революции, закон и мы

ввода войск в Казахстан она стала и белорусской тоже. Нет никакой разницы, подавляет ли диктатор внутренние выступления или участвует в захватнической войне.

Если мы несем ответственность, то в обоих случаях. Если не несем, - то ни в первом случае, ни во втором.Я не знаю ответа, а просто предлагаю об этом подумать.

Может быть, превращение жертвы в активное действующее лицо как раз и начинается таким путем, - через решение вопроса об ответственности.Отсюда следует, что инакомыслящие граждане должны заранее сформировать свою политическую элиту, - которая сумеет найти лазейки в имеющихся законах, быстро издать новые законы для переходного периода и заставить их соблюдать. То есть, отвергая сегодняшнее право сильного, отвергая войны и оккупации, все-таки воспитываться и воспитывать других в духе законопослушности.

А как это сделать, если диктатура еще существует? Очень трудная задача! С ней не справился даже Горбачев, хотя имел огромную власть и запас времени в 3-4 переходных года. Не справились временные правительства, возникшие в разных частях бывшей империи в 1917 году.