Поражение Кремля и дискуссия о последствиях

Эдвард Люттвак, Путин мог бы микшировать последствия этой ошибки, если бы сразу после отвода войск от Киева, пошел бы на переговоры и отказался бы дальнейшего силового сценария. Но Путин выбрал в качестве продолжения фронтальную войну, углубляя собственную ошибку.К концу 2022 года российские войска не смогли выполнить ни одной задачи, которые заявлялись политическим руководством РФ: территории, официально аннексированные Кремлем, так и не захвачены полностью, прорвать украинскую оборону не удалось, тактика массированных обстрелов гражданской инфраструктуры не ведет к деморализации украинского общества, попытки дальнейшей мобилизации в РФ не меняют паритета, сложившегося уже к осени 2022 года.Кремль завяз в войне, а ее дальнейшие сценарии уже не в руках Путина.

Повестка войны целиком определяется тремя субъектами: украинской армией и дипломатией, глобальным альянсом поддержки Украины и глобальными медиа.Провал блицкрига и потеря инициативы очевидны для окружающей Путина российской политической и экономической верхушки. Некоторые эксперты высказывают предположение, что военная верхушка не торопится предъявлять Путину какие-либо победы на фронте, которых он, несомненно, ждет от нее.

На этом фоне особенно заметно звучат истерические твиты Д. Медведева, заявления Е. Пригожина с критикой военного руководства.

Политическая элита слушает критические комментарии Игоря Гиркина, который обвиняет политическое и военное руководство в том, что оно движется к окончательному поражению, не желая переходить к тотальной мобилизации. Показательным было обсуждение последствий массовой гибели мобилизованных в Макеевке.