Огонь по штабам

Петра Ильича Чайковского. И у меня возник закономерный вопрос: а зачем такие, как она, вообще ходили в театры и на концерты, проливали там слезы и печалились горю выдуманных персонажей, а когда Россия стала уничтожать жизнь настоящих, живых людей - в Грузии, в Крыму, на Донбассе, а теперь по всей Украине, да еще и заодно в Молдове, которую тоже решили обесточить, - только поджали губы и стали печалиться о судьбах Чайковского.

Не нужно. Чайковский давно умер, ваши прадеды благополучно свели его в могилу, как и всех, кем вы сейчас с придыханием восхищаетесь.

И если бы все эти герои русского народа вдруг воскресли, вы бы вновь отправили Пушкина к Дантесу, Достоевского - на эшафот, а Чайковского, в духе новых нравов, в колонию.Но сейчас вы убиваете тех, кто еще жив. Скольких неродившихся Чайковских уничтожили ваши ракеты и ваши штыки? Скольким детям вы не позволили родиться, над каким количеством женщин надругались, сколько преступлений еще готовите - всем равнодушным народом?И речь идет не о коллективной ответственности, в которую я не верю.

Речь идет о коллективном равнодушии. Когда война завершится, Россия будет жить с позором этого равнодушия десятилетиями.

Территория позора будет начинаться прямо у ее границ. Не Чайковский, а Буча будет главным русским «культурным» достижением.Человек, который смотрит по телевизору, как радуются погружению в темноту Киева или Харькова, который знает, что его пожилой больной родственник ковыляет по льду за водой, что его только что родившая приятельница пытается согреть младенца в холодной квартире, - и молчит или возмущается, чего они там упрямятся и не капитулируют, - перестает быть человеком.Страшно жить рядом со стаей хищников.Виталий Портников, «Грани»