О Казахстане, Туране и Турции

Если недавняя попытка превратить Казахстан в зону нестабильности стала для Турции неожиданностью, то способ разрешения кризиса, думаю, превратился для нее в некоторое потрясение.  В 2009 году Казахстан вместе с Турцией стал одним из основателей «Совета тюркоязычных государств» (с прошлого года — Организации тюркских государств, ОТГ), призванного объединить постсоветские тюркские государства в некий союз. Ребрендинг сопровождался принятием программного документа под названием «Видение Тюркского мира-2040», предполагающего углубленную политическую и экономическую интеграцию стран-участниц.

Тем временем военная интеграция шла своим чередом. Соглашения о военном сотрудничестве Анкара подписала с Нур-Султаном (2018 г. ) и с Ташкентом (2021 г.

). А с Баку прошлым летом был заключен фактически оборонительный военный союз. В туранистском проекте Казахстану отводится важная роль, уже потому что, по довольно распространенному мнению, первый президент страны является чуть ли не вдохновителем и главным идеологом этого интеграционного движения.

Помимо всего прочего, казахстанский город Туркестан в прошлом году был объявлен «духовной столицей» провозглашенного Тюркского мира, а еще раньше турецкие СМИ сообщали о строительстве в Казахстане «общетюркского» города Туран, в котором «каждому тюркскому народу будет выделен в собственность участок в 1200 м2» земли[i]. Напомним: Туран в понимании турецких пантюркистов – это область расселения не только тюркских, но и родственных им финно-угорских народов, которые, в конечном счете, должны объединиться под эгидой Анкары. Эта идея, кстати, лежит в основе идеологии турецкой Партии националистического движения, входящей сегодня в правящую коалицию.