«Ничто не мешает завлечь в страну отчаявшихся эмигрантов, а потом их кинуть»

Год назад Лукашенко предложил политэмигрантам, которых он называет «беглыми», вернуться в страну — на коленях, покаявшись. Уже тогда зашла речь о какой-то комиссии во главе с генпрокурором Шведом и пропагандистом Азаренком, которая будет решать, кто из уехавших может вернуться и на каких условиях. Год спустя власть, кажется, подошла к реализации идеи. Все тот же Швед после совещания у Лукашенко заявил, что в ближайшее время появится межведомственная комиссия, которая будет рассказывать желающим вернуться, какие к ним претензии и какие условия нужно выполнить для возвращения. Я вынужден пользоваться оговорками вроде «кажется», потому что и год назад это заявление, и затем не менее сенсационная инициатива амнистии для политзаключенных оказались пшиком.

Нет никакой гарантии, что и сейчас власть не остановится на фазе анонсов или не выставит такие условия для возвращения, которые не будут иметь смысла. В стиле «приезжайте, отсидите, отдайте все ваши деньги и оставайтесь в стране».

Но если за очередными обещаниями будет стоять что-то более серьезное, чем обычно, то возникает вопрос: зачем власти эти игры в милосердие? Идет война, враги не дремлют, сам Лукашенко постоянно говорит о том, что расслабляться нельзя. Так в чем проблема оставить все как есть? Первый заочно осужденный «экстремист» и по совместительству один из самых успешных белорусских медиаменеджеров Дмитрий Навоша очень точно отметил, что риторика про «беглых» (как и прочие любимые словечки Лукашенко вроде «наклонить») взялась из тюремного лексикона.