Кто стоял за авантюрами, взлётами и банкротствами в российском автопроме

В российском автопроме грянул полномасштабный кризис. Представители отрасли в один голос винят во всём западные санкции. Однако стоит взглянуть назад, и становится понятно, что происки Запада – вовсе не единственная беда российской автопромышленности.

В мае легковушек в России сделано на 96,7% меньше, чем год назад. Да, жизнь на заводах едва теплится, однако ещё никто не ушёл в банкротство. Потому становится интересно, отчего автопроекты в стране загибались до сих пор.

Вспоминаем самые яркие истории. Завод Derways тоже имел проблемы с иностранными партнёрами, но погорел на другом. Его основатели – братья Деревы – принадлежат к влиятельному в Карачаево-Черкесии клану.

На рубеже веков семья смогла взять в свои руки множество активов в сельском хозяйстве и пищепроме по всему Северному Кавказу, которые были собраны в группу «Меркурий». В 2002 году Деревы замахнулись на автопром, но даже им своих денег на создание простенького автозавода на хватило (местная пресса писала об инвестициях в размере 85 млн долларов). Пришлось брать кредит в «Сбере», которому и поныне принадлежит 51% компании.

Первый продукт черкесского автостроения – внедорожник «Ковбой». Эта была машина с дизайном «под гелик», построенная на шасси румынской ARO. Вот ирония судьбы: производство на ARO в 50-е годы прошлого века начиналось с копии советского ГАЗ-69.

Впрочем, уже в 80-х румыны научились делать вполне конкурентные и недорогие внедорожники. А в начале нулевых завод стал жертвой аферы, которую устроил американский предприниматель Джон Перес. Он обещал инвестировать в производство и наладить поставки машин на американский рынок, но вместо этого попросту уничтожил румынский завод, распродав его имущество.