Интервенты из "русского мира". Как Кремль использует беглецов от мобилизации

В последние дни среди хитов соцсетей – кроме шедевральной конспирологии о "Северных потоках" от Радослава Сикорского, первые позиции удерживают новости российской мобилизации. И – бегства от нее. Пробки на границах со всеми соседними странами, куда еще пускают россиян, достигли гигантских размеров. На одном только пропускном пункте Верхний Ларс на грузинской границе очередь доросла до 25км и дошла до Владикавказа. Конечно же, беглецы от "тягот и лишений" демоверсию оных все-таки получили (жажда, холод, голод, внеуставные отношения, произвол представителей власти и т.п.) – и завыли о надвигающейся гуманитарной катастрофе. К этому сюжету мы еще вернемся.

Такие же циклопические скопления россиян, которым припекло уехать куда-нибудь, прежде чем родина успеет истребовать с них долг, наблюдаются и в других местах. Бум популярности переживает даже Монголия. Сопутствующие бизнесы, конечно, преуспевают на всех границах, и именно здесь, на перифериях, формируется класс будущих российских миллиардеров – из полицейских, таможенников, пограничников и местных контрабандистов, которые ударными темпами переходят на трафик нелегалов.

Впрочем, это не наши проблемы. Но станут таковыми.

Конечно, "успехи" мобилизации не могут нас не радовать: чем больше от нее убегут — тем меньше шансов, что мобилизационные планы будут выполнены, а следовательно — российская группировка против Украины будет слабее. Как количественно, так и качественно, потому что у военкомов есть план, который нужно выполнять. И они выполняют: повестки для инвалидов и больных раком – это о безысходности, а не об ошибках системы, что бы там ни утверждали российские пропагандисты.

В то же время наивно было бы полагать, что российское руководство не осознает масштабов проблем,